Темная сторона [= Вершитель ] - Макс Фрай

Я молча кивнул, содрогаясь от ни с чем не сравнимого ужаса, столь сильного, что его можно было принять за физическую боль. Я действительно всегда предчувствовал, что разнообразные версии загробной жизни — всего лишь успокоительная колыбельная, милосердно оберегающая нас от отчаяния и безумия… И уж во всяком случае, я здорово подозревал, что меня эти обещания не касаются. Это знание немного походило на ноющую боль в груди, и мне оставалось только благодарить небо, что оно не было сродни сводящей с ума зубной боли.

— А сейчас успокойся. Ничего не делай, просто смотри на свою левую руку, — велела Тень. — И не нужно бояться: все будет хорошо. В этом месте невозможно умереть по-настоящему.

— Только понарошку? — усмехнулся я.

А потом покорно уставился на переплетение таинственных узоров, украшающих мою левую ладонь. Я продолжал пялиться на эти странные значки, когда зеленоватая сталь меча пронзила мою грудь так легко, словно я был не человеком, а ломтем мягкого масла. Я отметил это с равнодушным любопытством, словно был сторонним наблюдателем, а не главным действующим лицом этой сценки из рыцарского романа… Впрочем, мгновение спустя мне пришлось убедиться, что боль от раны в груди была нормальной, человеческой, почти невыносимой болью. Я бы, пожалуй, заорал, но не смог издать ни звука, только судорожно дернулся рот, а лицо стало мокрым, от пота или от слез — уж не знаю…

— Боль быстро пройдет, — пообещала Тень. — Хорошо, что ты устоял на ногах. Это добрый знак.

Боль действительно стала слабее — настолько, что это уже вполне можно было переносить.

— Видишь, что стало с мечом? — спросила Тень.

Я опустил глаза и увидел, что древнее оружие, насквозь пронзившее мою грудь, уже почти исчезло: меч таял, как лед на солнцепеке. Боль тоже уходила, и вместе с ней уходило что-то еще. Может быть, вместе с ней уходил тот смешной мальчик, которым я был когда-то — не так уж давно, если честно!

— Теперь меч всегда будет с тобой. Так лучше для вас обоих: тебе нужен хороший охранник, а моему мечу уже давно нужен надежный тайник. Твоя грудь — именно то, что надо. Во всяком случае, это гораздо лучше, чем дрянная, спьяну вырытая яма в Шимурэдском лесу… Боль уже прошла?

— Почти, — кивнул я. — Для человека, которого только что убили, я чувствую себя превосходно. Ноет немного, словно меня продуло на сквозняке…

— Сквозняк — это ветер?

— Во всяком случае, они близкие родственники.

— Тогда считай, что так оно и есть. Смерть немного похожа на ветер: невидимая, но ощутимая сила, которая всегда готова сбить нас с ног… Может быть, эта боль будет возвращаться к тебе, но изредка и ненадолго. Не слишком высокая плата за неуязвимость!

— Хочешь сказать, я только что стал бессмертным? — равнодушно спросил я.

Удивительное дело, еще несколько минут назад я мог бы потерять голову от такого предположения, а теперь мне было все равно — абсолютно!

— Разумеется, нет. Не бессмертным, а неуязвимым. Это значит, что смерть действительно будет обходить тебя стороной — до поры до времени. Когда-нибудь она найдет способ добраться до тебя, и тогда тебе придется самому с ней справляться… Ничего, у тебя еще будет возможность узнать, как Вершители обманывают смерть. Просто пока ты еще очень молод. Мне даже поверить трудно, что можно быть таким молодым!

— Можно, как видишь, — я пожал плечами. — Впрочем, мне иногда кажется, что я родился очень давно… Только мое «давно» нельзя измерить обыкновенными часами.

— Все Вершители принадлежат вечности, и ты постепенно начинаешь это понимать, — согласилась Тень. — Скажи, ты все еще хочешь отправиться на охоту за моей мышью?

— Вряд ли я этого хочу, — честно ответил я. — Но я должен это сделать. Из-за твоей мыши пострадали люди, за которых я несу ответственность. В этом есть что-то неправильное… А что, ты собираешься мне помочь?

— На самом деле тебе не так уж нужна моя помощь. Разве что несколько советов… Ты легко уйдешь на Темную Сторону из замка Рулх: теперь мой меч — часть тебя самого, а он — самый лучший ключ для того, кто собирается отправиться на Темную Сторону и даже дальше, на ее изнанку. Если захочешь, можешь взять с собой кого-нибудь из людей, принадлежащих Темной Стороне: иногда Вершители должны делать такие подарки… Ты непременно найдешь Дорота где-нибудь в самом темном углу: он напуган и прячется. В сущности, он — самая обыкновенная неразумная зверушка, несмотря на все свое могущество и более чем солидный возраст… Да, и непременно возьми с собой всех, кого он околдовал: возможно, на изнанке Темной Стороны ты найдешь способ вернуть им жизнь. Это их единственный шанс: только за пределами всех Миров можно совладать с древними заклятиями красного сердца материка Уандук. Вот, собственно, и все. Мне кажется, вполне достаточно.

Тень умолкла и уставилась на меня холодными серыми глазами.

— Ты похожа на Афину Палладу, — неожиданно для самого себя брякнул я. Немного подумал и понял, что должен сопроводить свое дикое заявление хоть какими-нибудь разъяснениями.

— В том Мире, где я родился, была такая богиня с серыми глазами… По крайней мере, были люди, которые в нее верили. Мне доводилось видеть ее изображения… И знаешь, вы действительно похожи!

— Пожалуй, знаю, — кивнула Тень. — Видишь ли, теперь я знаю все, что знаешь ты. В том числе множество нелепых сказок, вскруживших тебе голову, поэтому не нужно ничего объяснять… Эта богиня иногда помогала людям, но только тем, кто ей почему-то нравился, верно? У вас есть красивая легенда о Вершителе по имени Улисс, который очень долго не мог вернуться домой. Только в легенде ничего не говорится о том, что он не мог вернуться домой лишь потому, что не хотел туда возвращаться… Его история совсем не похожа на твою, и все же это одна и та же история. Все Вершители — безумные странники, которые бродят среди людей, потому что не хотят возвращаться домой… Может быть, мы все еще помним, что наш дом — очень страшное место.

— Ты ведь не имеешь в виду тот дом, где я родился? — тихо спросил я.

— Конечно, нет. Тот дом, где ты родился, и тот дом, где ты рассчитываешь сегодня проснуться, и тот дом, в который ты, возможно, будешь возвращаться по вечерам через тысячу лет, — всего лишь участки земли, обнесенные стенами и укрытые от неба. Теплые местечки, где можно лечь в постель и ненадолго закрыть глаза на рассвете, не более того. Ты понял, о чем я толкую?.. А теперь иди. Тебя ждут.

Тень подошла ко мне совсем близко и вдруг обняла меня за плечи, прижалась ко мне тяжелым, невообразимо холодным телом. В ее прикосновении было что-то невыносимое: наверное, мы были сотканы из слишком разных материй! Но я справился и с этим, а через несколько бесконечных секунд с облегчением почувствовал, что остался один.

Земля уходила из-под ног, в лицо дул теплый ветер, который становился все сильнее, и я вдруг понял, что не стоит ему сопротивляться, пусть себе уносит меня, если сможет. В конце концов, я никогда не давал себе обещания твердо стоять на ногах, что бы ни случилось!..